Пустите классика в класс!

5 ноября Госдума рассмотрит в первом чтении законопроект, который призван «пустить» классиков в классы. Маяковский, Есенин, Бродский, Шолохов, Айтматов, Астафьев, Довлатов… Все эти авторы есть в программе по литературе. Но вот достать некоторые их произведения школьник может только из-под полы: издатели запечатывают книги в целлофан и ставят маркировку «18+». Почему? Все просто — боятся нарушить Закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». Творчество великого Льва Николаевича сегодняшним школьникам не дается. Причем в буквальном смысле. На «Анне Карениной» стоит маркировка «16+». Томик «Детство. Отрочество. Юность» подростку в 14 лет тоже не продадут — жди 16-летия… Фото: Роспечать

Доходит до абсурда. «Тихий Дон» официально включен в ЕГЭ, но вот продать этот роман-эпопею ученику нельзя: на ней все те же «18+». Надо понимать из-за того, что в романе присутствует и нецензурная брань, и жестокие сцены насилия… Книга нобелевского лауреата Михаила Шолохова оказалась приравненной по степени «опасности» к пачке сигарет.

Верится с трудом? Пройдитесь по разделу «русская проза» в любом крупном книжном магазине. Довлатов — практически весь в целлофане. Можно даже не размениваться на отдельные книги, а обернуть пленкой сразу всю полку.

Профессор Вышки рассказал, почему назвал русский язык "убогим"

Рядом — с маркировкой «18+» и броской надписью «Содержит нецензурную брань» — расположились «Прокляты и убиты» Астафьева, «Плаха» Айтматова… Некоторые сборники стихов Маяковского, Есенина, Бродского тоже угодили под запрет: известны случаи, когда детям их просто не продавали. И это при том, что произведения всех этих авторов есть в школьных программах.

А что делать — разводят руками продавцы: никто не хочет заработать штраф в две-три тысячи рублей. Магазин рискует еще больше — уже 50 тысячами рублей. Школьного библиотекаря, который выдаст ребенку «запрещенку», тоже ждут более чем серьезные последствия. По крайней мере, если строго следовать букве закона.

— Я каждый день знакомлю детей с содержанием «промаркированных» произведений, зачитываю фрагменты вслух. То есть, по факту, распространяю информацию. Меня теперь тоже можно за нее «привлечь»? — рассуждает «Учитель года России-2019», преподаватель русского языка и литературы в волгоградской средней школе N 55 «Долина знаний» Лариса Арачашвили. — Законопроект, который избавит нас от этого абсурда, просто жизненно необходим. Тем более что практически любое издание можно достать в электронном виде — в «цифровых» магазинах никто возраст покупателя не спрашивает.

Как вообще произведения из школьной программы получают маркировку «18+»? Ее ставят сами издатели перед тем, как выпустить книгу в продажу. При этом прописанные в законе возрастные ограничения трактуются по принципу «как бы чего не вышло».

Минпромторг введет новые варианты маркировки товаров

Например, отдельные бранные слова (за исключением нецензурщины) могут содержаться в информационной продукции только для детей от 16 лет и старше. Персонаж книги выругался, причем даже не матом? Маркировка «16+» ему обеспечена. И это если повезет…

С таким «клеймом» на полках магазинов стоят «Мастер и Маргарита», «Мертвые души», «Преступление и наказание», «Анна Каренина»… Кстати, последнее произведение школьники проходят в 10-м классе, то есть, как правило, как раз в 16 лет. Но что делать, если одному ученику из двадцати — вот уж не повезло — пока исполнилось только 15? Закрыть уши и не слушать?

А вот еще один пример. «Детство. Отрочество. Юность» Толстого почему-то издатели тоже промаркировали знаком «16+». И это при том, что с первой повестью — «Детство» — ребята знакомятся в четвертом (!) классе. Тут вообще сплошное «распространение с нарушениями» получается.

Напомним, Закон «О защите детей от информации…» принимался почти десять лет назад с целью оградить детей не от мировой классики, а от действительно вредного контента. Его, надо сказать, хватает. Но в последние годы стало очевидно, что закон требует серьезной доработки. Слишком уж неоднозначно трактуются его нормы.

Книга нобелевского лауреата Михаила Шолохова оказалась приравненной по степени «опасности» к пачке сигарет. Фото: Сергей Михеев/ РГ

Важные поправки предложили члены Комитета Госдумы по культуре во главе с его председателем Еленой Ямпольской. Также в доработке документа участвовали комитеты по вопросам семьи, женщин и детей, по образованию и науке, по делам национальностей.

— Действующий закон предполагает распространение без возрастной маркировки только учебников и учебных пособий. Законопроект предлагает расширить этот перечень на всю литературу, которая входит в школьные примерные основные образовательные программы. Причем мы настаиваем, чтобы учитывались программы всех уровней школьного обучения — то есть начальной, средней и старшей школы, — говорит зампредседателя Комитета Госдумы по образованию и науке доктор педагогических наук Любовь Духанина. — Если Госдума примет предложенные изменения, учителям больше не нужно будет бояться юридических последствий за распространение рекомендованной школам классики.

Еще одна проблема в том, что многие покупатели считают возрастную маркировку информационной продукции просто рекомендацией. Если стоит «0+», это вовсе не значит, что произведение подходит грудничкам. Просто в нем нет описаний насилия, нет половых актов, брани и т.д. А сам фильм или книга при всем при том могут быть очень даже «взрослыми» по содержанию, с серьезной философией внутри.

— Положительные отзывы на законопроект получены от учреждений культуры, общественных организаций, правообладателей, деятелей культуры. Все они считают знаки 0+, 6+, 12+, 16+ избыточными и излишними для произведений литературы и искусства, — говорится в пояснительной записке к документу.

Доходит до абсурда. «Тихий Дон» официально включен в ЕГЭ, но вот продать этот роман-эпопею ученику нельзя: на ней все те же «18+»

Предлагается использовать менее конкретные рекомендации: «Для семейного чтения и просмотра», «Для дошкольников», «Для детей младшего школьного возраста», «Для детей среднего школьного возраста», «Для детей старшего школьного возраста», «Не рекомендовано для детей».

— Мне кажется, что ребенок должен читать книги «на вырост», то есть чуть более сложные для него — это и называется развивающей средой. Я никогда не читала литературу по возрасту. В 14 лет у меня любимыми авторами были Бунин, Цвейг, Дрюон, — говорит Лариса Арачашвили. — Считаю, что решение о том, какую литературу ребенок может читать вне школьной программы, нужно оставить за родителями. Можно разработать поправку, при которой на основании их письменного разрешения ребенок мог бы взять в библиотеке или купить в магазине любую книгу.

Кстати

Законопроект, который сегодня будут рассматривать депутаты, называется так: «О внесении изменений в статью 30 Закона Российской Федерации «Основы законодательства Российской Федерации о культуре» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием законодательных механизмов, регулирующих доступ детей к культурным ценностям и культурным благам». Он затрагивает не только книги, но также фильмы, деятельность музеев, выставочных залов, дворцов культуры и т.д. В нем предлагаются поправки сразу к нескольким федеральным законам: «Основы законодательства Российской Федерации о культуре», «О государственной поддержке кинематографии Российской Федерации», «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию».

Источник: rg.ru

Добавить комментарий